События вокруг Исламской республики Иран – военные удары США и Израиля в ходе переговорного процесса, провозглашение двухнедельного перемирия, стягивание американских войск в зону конфликта, кризис старых союзов, выявление новых – не просто демонстрируют хрупкость переходящего к многополярности миропорядка. Кризис в Иране вызвал мощные геополитические потрясения, ускоряющие процесс «перестройки мира».

«Оружие нефтяного поражения»

Стремление США и Израиля остановить развитие иранской ядерной программы, не допустить появления у Тегерана ядерного оружия выявило факт, что Иран владеет не менее важным и не менее массовым оружием поражения – контролем над Ормузским проливом. Через эту энергетическую артерию мира ранее проходило около 20 % мировой нефти и более 30 % сжиженного природного газа. Суда ходили без чьего-либо разрешения – все соответствовало принципам свободы судоходства в международной зоне. Так было до 28 февраля 2026 года, до начала бомбардировки США и Израилем Исламской республики Иран.

Справочно

Ормузский пролив: 167 км в длину, 30 км в ширину – узкий, но стратегически важный пролив Аравийского моря соединяет Персидский залив и Оманским заливом, а далее – с отрытым океаном.

Расчет атаковавших был прост: завершить маленькую победоносную войну за три-четыре дня, «обезоружить» идеологического противника, посадив во главе иранского государства удобных политиков, взять под контроль иранскую нефть и, получив рычаги давления на всех, кому необходимы энергоресурсы, усилить доминирование, обретя дополнительные козыри в дальнейшем продвижении своих интересов, и поставив в более слабую позицию конкурентов, прежде всего Китай.

Однако руководство Ирана к войне готовилось. Несмотря на гибель верховного лидера и многих высокопоставленных руководителей различных ведомств, государственное устройство республики Иран не просто выстояло. Обозначив новые правила прохода через Ормузский пролив, персы ударили по самому больному – по доллару.

Пока военные обменивались ударами, иранские власти разработали новую систему управления судоходством. Перекрыв Ормузский пролив минами, они практически заблокировали его узкое горлышко, парализовав регион. Поделив государства на враждебные, нейтральные и дружественные, иранцы выдвинули застрявшим в проливе двум тысячам кораблям предложение. Если судно подходит под критерий нейтрального или дружественного, оно может пройти Ормуз, заплатив пошлину. Для нефтяных танкеров начальная цена составила около 1 доллара за перевозимый ими баррель энергоресурсов. Поскольку супертанкеры обычно вмещают около 2 млн баррелей нефти, то и таможенный сбор получился соответственным.

Но и это еще не все. С 1974 года практически каждый баррель нефти, продаваемый в мире, оплачивался долларами. История показала, что попытки перейти на оплату национальной валютой могли окончиться трагически. За идею дедолларизации сложил голову лидер Ливии Муаммар Каддафи. Разорванная пополам Ливия и по сегодняшний день не может объединиться и достичь утраченного дореволюционного уровня развития. 

Зная это, Иран заявил, что корабли дружественных Тегерану стран, проходя через Ормузский пролив, должны проводить оплату в юанях или криптовалюте. А это 120 миллионов в день только на перевозке нефти. За год – почти 44 миллиарда долларов, что соответствует 300 миллиардам китайских юаней. Вот так выглядят реальные масштабы дедолоризации члена ШОС – Ирана. 

Нефть и газ меняют маршруты

Первыми государствами, для которых Иран официально открыл Ормузский пролив, стали Россия, Пакистан, Китай, Индия, Ирак. Перестав надеяться на быстрое завершение конфликта, «нуждающиеся» в энергоресурсах страны стали искать выход. Сложившаяся ситуация изменила маршруты поставок энергоресурсов. Так, первую за пять лет партию российской нефти получили Филлипины. Подтвердили свою заинтересованность и полагавшиеся до этого на импорт с Ближнего Востока Таиланд и Индонезия. Активно укрепляет энергетическое сотрудничество с Россией Вьетнам. В начале 2026 года примерно на 120 % увеличила закупки российского сжиженного природного газа Испания, став одним из ключевых импортеров стран ЕС. Засанкционированная Евросоюзом Россия стала вторым по рейтингу поставщиком в этой стране.

Одной из первоначальных целей войны с Ираном было стремление создать проблемы поставок энергоресурсов в Китай. Спустя месяц войны Поднебесная становится одним из крупнейших хабов сжиженного природного газа в Азии. Основные направления – Южная Корея, Таиланд, Япония – ключевые партнеры США, а также Индия и Филиппины. Подписав своевременно дешевые долгосрочные контракты с Россией, Китай покупает и продает необходимые миру энергоресурсы.

Иран ведет тонкую игру.  Экономический ущерб – вот рычаг давления на Вашингтон, возможность заставить его отступить. Нехватка нефти на рынке – и цена растет, увеличивая давление на хозяина Белого дома. Ситуацию понимают и в Вашингтоне, и в срочном порядке, хоть и временно, снимают санкции не только с российской, но и с иранской нефти. Цены на топливо не привыкшей ходить пешком Америке показали такие рекорды, что практически обнулили популярность республиканцев перед выборами в Конгресс. Сегодняшнему руководству Белого дома очень нужны победа или хоть какой-то выход из сложившегося кризиса.

Выходом мог бы стать совместный контроль над Ормузским проливом, идею о котором американцы продвигали в рамках проходящих переговоров. Однако делегация Ирана не поддержала предложение. Есть на Востоке пословица: «Пригласи волка овец пасти».

США объявили о собственной блокаде Ормузского пролива, что привело к новому витку цен на нефть и нефтепродукты, причем и в самой Америке.

Репутационные потери

Кадры не способных себя защитить горящих американских баз – существенный удар по репутации.

За месяц Ирану удалось поразить 17 объектов на 11 военных базах США. США умудрились потерять как минимум семь военных самолетов, дорогостоящие радары, на восстановление которых уйдет не один год, 1870 из 2300 высокоточных ракет JASSM. При условии, что их производят лишь 400 единиц в год, пополнить запасы в ближайшее время даже при всем желании Пентагон не сможет.

Стоимость операции США против Ирана уже превысила 51 млрд долларов – это более 1 млрд в день.

Однако пораженные объекты США в странах Ближнего Востока – только часть ущерба. Сильно страдают и союзники Вашингтона: отложенные поставки нефти, потери в туристической отрасли – это миллиарды долларов. Но главный ущерб – потеря ощущения безопасности и инвестиционной привлекательности. Удары Тегерана показали, что американские базы – не щит, а мишень.

Действия США и без этого воспринимаются мировым сообществом не как защита собственных интересов, а как поддержка чужой повестки, что определенно подрывает репутацию независимой сверхдержавы. А тут еще своими руками умудрились развеять миф о собственном превосходстве, показав, что не могут обеспечить безопасность своих союзников.

Результаты выборов в Венгрии, а также состоявшаяся, спустя долгие годы молчания, встреча лидера тайваньской оппозиции и главы КНР – явный шаг в сторону от США. А еще – отказ Испании и Италии предоставить свои военные базы; нежелание Польши передать США батареи ПВО Patriot; закрытие Францией воздушного пространства для американских бомбардировщиков; инициатива Великобритании провести международную видеоконференцию с участием более 40 стран, но без США; отказ Германии присоединиться к военно-морской миссии США по разблокировке Ормузского пролива.

Все эти факты говорят о значительном обострении трансатлантических противоречий. 

Попытки втянуть в конфликт Турцию и Азербайджан через непонятно откуда «залетевшие» беспилотники и ракеты провалились. Курдским формированиям также хватило дальновидности воздержаться от эскалации отношений.

Сегодня провал переговоров в Исламабаде, отказ Ирана от второго раунда встреч в связи с «пустой тратой времени», стягивание американских войск к Ирану говорит о высокой вероятности возобновления боевых действий на Ближнем Востоке. Перспективы дипломатического урегулирования конфликта вокруг Ирана крайне низки. Требования Вашингтона и встречные условия Тегерана взаимно исключают друг друга – компромисс практически невозможен.

Не имея возможности географически закрыть ПВО свою территорию и неся большие материальные и человеческие потери, Иран, в процессе переговоров твердо отстаивающий свои позиции, приобретает моральный и репутационный вес, закрепляя ведущее место в регионе, что определенно можно считать победой.

Галина Беляева, депутат Палаты представителей Национального собрания Республики Беларусь, член Постоянной комиссии по международным делам​