No drink No pass: внутри миража музыкальной культуры

Впервые я увидела No drink No pass на Большом городском пикнике. Рок-банда из пяти парней «поджарила» гостей праздника мощной звуковой энергетикой. Как оказалось, выступление в Подниколье — дебют группы.

Познакомимся?

Парни вместе создают музыку уже два года, но как группа заявили о себе лишь месяц назад. Могилевско-бобруйский микст с грузинской ноткой соединил в себе людей разных профессий: музыкант, инженер, бывший фарцовщик, электрик, водитель троллейбуса. Последний, кстати, ездил в большой тур по Китаю в составе The Last Sighs Of The Wind. Да и остальные — совсем не новички на сцене. За дюжину лет прошли «стажировку» в таких группах, как SkyNet, Texas Gravity Band, Straight Land, Human Hate и DamageDone.
My Way

— Вы играете достаточно популярный на Западе альтернативный рок. Но тут говорят, что это направление в Беларуси неперспективное. Что думаете об этом?

Виктор Андрющенко: Любое направление рано или поздно становится мейнстримовым или попсовым. Потом приходит новое поколение и задает новые течения и тренды. Мне кажется, что последние десять лет — это продуктивные времена для развития белорусской рок-музыки. У нас есть профессиональные музыканты, пусть и не в таком количестве и масштабе, как на Западе.

— Вы подготовили альбом на английском языке. Не думали о записи белорусскоязычной пластинки?

Артур Георгадзе: Композиции на белорусском языке обязательно появятся, но это будет эксперимент. Писать на языке Якуба Коласа и Владимира Короткевича может только человек, владеющий слогом. Мы решили, что на английском писать проще. К тому же мы — под впечатлением от музыки Shinedown, Steel Panther и Nickelback, и хотелось бы делать что-то такое же мощное, но уже в Беларуси. Будет ли No drink No pass петь на белорусском? Время покажет.

— Кстати, о конкуренции. Не боитесь слиться с другими белорусскими рок-коллективами?

Янис Корзун: Есть только одно проверенное средство: работать, работать и еще раз работать. Мы не пытаемся перенимать стиль групп, которые слушаем, но мы учимся на их примере. В начале пути музыкальное подражание неизбежно. И все же мы — экспериментаторы.

— В какие моменты рождается музыка?

Андрей Амелькевич: В моменты самопоедания и самоистязания. Я считаю, что это исключительно так, потому что, когда человеку хорошо, ему не верят.

— Должно ли государство поддерживать начинания людей искусства?

Александр Токменинов: Мало что может помешать человеку развиваться. Конечно, можно подойти с точки зрения такой диалектики: отсутствие помощи есть причинение препятствий. Лично мне, например, в принципе гораздо важнее само по себе творчество. Даже если бы мне государство платило за музыку, то эти деньги не помогли бы поднять технику игры, навык композитора и в целом чувство стиля. Хотя было бы неплохо, конечно, (смеется) не инженером работать, а по девять месяцев в туры ездить.

— Как думаете, какая культурная среда будет через 10 лет?

Артур Георгадзе: Я надеюсь, что культура не обесценится. Сегодня все переросло в бизнес и работу, под эти тенденции попала и музыка.

Вечная память

Беларусь отпраздновала 75-летие освобождения от немецко-фашистских захватчиков. Наверняка, у каждого современного человека за спиной — военная история его прадедов. Рок-коллектив убежден, что память должна жить не только на уровне государственных праздников, но и в головах людей.

Дедушка гитариста Александра Токменинова был артиллеристом. На фронте получил ранение, а после Великой Отечественной ушел на войну с Японией.

В день своего 18-летния на фронт ушел и дед другого гитариста — Андрея Амелькевича. На второй день боя получил несколько осколочных ранений, а после госпиталя ушел в партизаны. Во время войны семья молодого солдата погибла, и после победы над врагом Иван женился во второй раз. По словам внука, на тело деда было невозможно смотреть из-за многочисленных ранений.

«Мой прадед ушел на фронт, но не вернулся, — подхватил Виктор Андрющенко, басист. — Дома у него осталась маленькая дочка, моя бабушка в будущем. Когда немцы пришли в деревню, люди прятались. В одном из блиндажей затаилась и моя бабушка. Когда немцы нашли укрытие, фашистский солдат взял гранату и хотел бросить вниз. Но в ту секунду к нему подошел офицер и сказал не трогать мирных людей. Понимаете, одна секунда, чье-то решение — и целое поколение людей могло бы никогда не появиться на свет».

Ковровая бомбардировка

— Мы даем себе установку, что мы всегда в пиковой точке, — говорит Артур Георгадзе. — Группа выпустила два сингла — Get Drunk и Rough Diamond. В этом году выйдет альбом преимущественно с металлическими, роковыми треками.
Музыканты уверяют, что зрителя ждут «бомбы» замедленного действия.

Беседовала Диана ВОПСЕВА
Фото автора

ОСТАВЬТЕ КОММЕНТАРИЙ

Please enter your comment!
Please enter your name here